Во Владимире сегодня солнечно. На сцене областного Театра кукол – независимый проект режиссера-балетмейстера Марии Большаковой, пластический спектакль «Сказка о дожде», по одноименной поэме Беллы Ахмадулиной. В афише сказано: моноспектакль для драматической актрисы и артистов балета. Я бы назвала так: соло для девушки в желтом дождевике на фоне танца.

dozd1.jpg

Громкий звук часто-часто падающих дождевых капель, ливневый грохот. На сцене появляется девушка в солнечно-желтом дождевике, под ним светлое платье. Первая строфа поэмы звучит в исполнении самой поэтессы. Звонкие, чуть нараспев интонации. Голос Ахмадулиной, доносящийся сквозь дождь, служит камертоном, задающим тон всему спектаклю. Евгения Игумнова на лету подхватывает авторские интонации, чутко улавливает нужное настроение. После спектакля в очереди в гардероб слышу: «Было в ней что-то действительно ахмадулинское».

Главные черты постановки – аскетичность (из декораций на сцене лишь большое окно, отражающее блики света), емкость. Поэзия говорит емче прозы, а танец, пожалуй, еще емче поэзии. Обращаясь к пластике балета и стиха, Мария Большакова достигает невероятной эмоциональности и экспрессивности спектакля, движение и слово сливаются в нем в единый метафоричный образный танец. Свою поэму Ахмадулина называет «сказкой с диалогом», но режиссер предпочитает ему форму монолога, доверяя весь текст актрисе. Емкость – в звучании одного голоса.

Постановка Марии Большаковой строится на контрастах. Юноша-дождь (Антон Малеваник) с круглым, немного детским лицом, идущий за героиней, «как маленькая дочь», и «детским пальцем щекочущий ей ухо», и страшный хор кукольных фигурок-детей, говорящих, что «дождливость есть оплошность пустых небес», а пошлость – это лишь «уют ума». Чистота дождиной детскости и грязь этих «яблочек от яблонь», выплывающих в беленьких рубашечках на руках у взрослых, маскируясь под ангелков. Прозрачная дождевая вода, «омывающая губы запахом щенка», и мутные вино с коньяком, принятые из чужих недобрых рук.

Желтый одинокий дождевик и черные строгие фигуры, будто бы вытесанные из угля. Отправляясь к ним в дом, героиня вынуждена прикрыть свое светлое платье черным, замаскироваться под гордых женщин и чопорных мужчин. Люди, не понимающие дождя, не слышащие его голоса. Как злая ведьма Бастинда, тающая от воды, корчатся они под его струями. А затем, упиваясь собственной местью, остервенело забивают его черными грязными тряпками.

Героиня на сцене одна. Платье на ней снова светлое, чуть мокрое от дождя.

                                                      Ника Ерофеева

 


Фотографы

На сайте представлены фотографии Владимира Федина, Петра Соколова, Вадима Пакулина, Александра Уткина, Светланы Игнатовой, Анастасии Денисовой и Анны Колесовой, Татьяны Шалухиной, Оксаны Соловьёвой, Елены Птагиной и Екатерины Строговой

Купить билеты
Щёлкните, чтобы прослушать. Работает благодаря GSpeech