Режиссер-постановщик. Заслуженный артист Эстонии. Заслуженный работник культуры РФ. Доцент Российской академии театрального искусства (ГИТИС). Актер областного театра драмы Владимир Лаптев за 60 лет своей творческой жизни поставил более 100 спектаклей для драматического, оперного и музыкального театров Москвы, Севастополя, Улан-Удэ, Таллина, Нижнего Новгорода и, конечно, Владимира.

В качестве артиста сыграл более 300 ролей в театре и кино у таких режиссеров, как: В. Шукшин, А. Алов и В. Наумов, А. Файнциммер, В Туров, В. Сааков, М. Казаков, Г. Юнгвальд-Хилькевич, В Дербенев, М.Бланк, Л. Лайус, М. Пылдрос, Ю. Силларт, В. Москаленко, О. Перуновская и др.

Как педагог выпустил 17 наборов студентов актерского и режиссерского отделений в Москве, Улан-Удэ, Таллине, Владимире.

Но, как ни странно, всероссийскую славу выдающемуся актеру и режиссеру принесла роль учителя «Палочки» в сериале «Кадетство» и совсем недавнее участие в шоу Первого канала «Голос 60+». О превратностях судьбы, воспитании детей, планах на будущее и, конечно, выходе в финал популярного музыкального конкурса Владимир Лаптев рассказал в эксклюзивном интервью «Призыву».

Это «Голос»!

Про второй набор конкурса «Голос 60+» я узнал по Интернету, как все люди. Послал весь спектакль о Вертинском, который идет во Владимирском театре драмы. И неожиданно позвали на так называемые пробы. Было где-то около тысячи человек, из них 56 были допущены на первый тур – то, что называется, слепые прослушивания.

Я-то рассчитывал, что раз спою – и до свидания. Но неожиданно для меня на втором куплете повернулся Михаил Боярский. Я очень обрадовался: все-таки коллега-артист. Но я никак не рассчитывал, что со второго тура на третий попаду – в финалисты. Ведь почти все исполнители имеют музыкальное образование, консерваторию закончили, регулярно работают в филармониях, поэтому шансы мои по вокалу были минимальные, конечно. А вот актерский, исполнительский опыт имелся. Все-таки в театре более 50 лет – чего только не пел, не играл, не танцевал…

В общей массе никто не знает Вертинского. В лучшем случае его дочку по «Человеку-амфибии». Это был очень нестандартно, поэтому, я думаю, и попал. Все ж поют шлягеры в основном… А вот песня, которую я 4 октября исполнял, она была как бы не моя. Потому что там уже заставляли: вот такую надо петь! Я предлагал совершенно другой репертуар, но не Вертинского.

Но я понимал, что никогда первым не буду, потому что ну какой у меня вокал? Актерский – вот и все. Для меня было важно общение. Как поют люди, как работают наставники, потому что я сам театральный педагог и мне интересно все это. Вот у Боярского, в команду которого я попал, было одно требование: «Ради бога умоляю: никакого пеньЯ! Вы как бы с другом разговариваете, проживаете все это». Не всем это удается. Но то, что он просил, я понимал и  сделал. Я не скажу, что абсолютно удовлетворен результатами каждого вокального номера 13, 27 сентября и 4 октября, но достойно. Без хвастовства говорю.

Лещенко, Валерия, Пелагея и Боярский благодарили меня за то, что я так исполняю песни, потому что это исполнение, это оправдание, это проживание. Ведь большинство просто поют. Отлично поют! Даже страшно с ними быть. В результате победил шикарнейший голос шахтера из Донецка. Очень здорово пел! Но там, как мне кажется, не хватает культуры исполнения. Но подача… Потом из Донецка – надо было поприветствовать его.

Атмосфера замечательная, наставники очень хорошие. 300 человек обслуживают всю эту историю. Там провода, аппаратура… Пылинки с нас сдувают, настолько по-доброму все. Единственный минус для всех – ничего не оплачивается: ни дорога, ни буфеты. Ни-че-го!

А ведь это серьезная работа и большая каторга! Сначала посылаешь минусовки или полностью песни. Потом приезжаешь и репетируешь с пианистом, далее с оркестром Жилина. Затем репетируешь в павильоне № 6 на «Мосфильме». Репетиций больше, чем самих съемок. Потом сами съемки, которые где-то полдня длились — 8-9 часов. А вот 4 октября, финал, прямой эфир – это колоссальное испытание. Мне привычно, потому что съемочный день всегда 12 часов длится. В 11 часов утра мы пришли, а в час ночи разошлись. И очень тяжело было тем, кто, скажем так, старше меня.

Зачем мне было это нужно? Понимаете, здесь меркантильный интерес. Дело в том, что сейчас ликвидированы все актерские агентства. Везде, даже на «Мосфильме». Поэтому лишний пиар для артиста моего возраста – это очень полезное дело для будущего. И это в общем-то сработало: какие-то звонки поступают и прочее. Я буду дальше востребован как артист – драматический или киношный.

Про «Соленое детство»

На улице Гагарина, 1, существует театральная студия «Гагарин», там набрали три группы: детская – от 5-го до 8-го класса, средняя – от 9-го до 11-го, и старшая группа, где есть даже 70-летние люди. И мы с этой студией сделали спектакль «Соленое детство» (6+) по повести Александра Гезалова, предпринимателя, который занимается церквами, детскими домами, детскими садами в тюрьмах. Гезалов воспитывался в детском доме в Суздале. Его книга мне случайно попала в руки — от Геннадия Прохорычева,  который занимается детьми во Владимирской области. Я подумал: не сделать ли спектакль — визитную карточку студии, как в нашем театре — «Андрей Боголюбский»?

Но повесть оказалась очень повествовательной, там нет диалогов. И все, что мы наработали за два года: отрывки, этюды и прочее на эту тему, — мы вставили и получился спектакль на 1 час 20 минут. Мы его два раза в месяц играем. В марте была премьера, в апреле два спектакля, в мае тоже два, один из них даже на выезде — в ДК «Оргтруд». И вот Борис Григорьевич Гунин, директор и художественный руководитель академического театра, предложил сыграть его сыграть на Малой сцене 28 октября. Что мы и сделаем! Для всех участников студии, а там 17 человек занято, — это большая честь!

1Сцена из спектакля «Соленое детство»

Это полноценный спектакль. Хотя в нем ни одного профессионального артиста. Там заняты дети, которые играют самих себя, а взрослые играют самих себя. Там воспоминания, там живой звук, там гитары, там Высоцкий… Дети плачут, когда смотрят, женщины плачут, сочувствуя персонажам.

О работе в студии и воспитании детей

Я занимаюсь педагогикой где-то с 1969 года. А сам начинал в самодеятельности в опереттах – вот смех-то! Лет с пяти, наверное, я пляшу, пою, читаю, сценки играю. И к студийцам отношусь, как к своим детям. Причем я же не один там работаю. У нас же педагоги – классные профессиональные артисты и из театра драмы, и из кукольного театра. Они женщины, они как мамы, а я как папа.

Елена Куликова, актриса нашего драмтеатра, сейчас ставит веселую историю к 20 декабря. А я начинаю где-то в ноябре спектакль о детях на войне к 75-летию Победы. Дети, война, церковь – три его оселка. Наша епархия мне тексты подготовила — очень трогательные: драматические, смешные – разные. Там все на внутренней жизни человека построено. Все ребята ждут, когда мы роли будем раздавать. Надеюсь, что мы с Борисом Григорьевичем договоримся и премьеру его тоже сделаем на Малой сцене.

2Владимир Лаптев (в центре) с учениками театральной студии «Гагарин»

Но у меня задачи нет, чтобы все они были артистами. Мне главное, чтобы они были людьми, знали, что такое изобразительное искусство, что такое этика и эстетика, что такое драматический театр, оперный, в чем отличие, в чем сходство и так далее. Ведь у нас трехгодичное студийное театральное образование. У нас сценическое движение, пластика, вокал, теория и история театра. Ну и, конечно, мастерство актера. Занятия каждый вечер с 18.00 до 19.30, кроме субботы и воскресенья. Но чаще всего задерживаемся, и в воскресенье собираемся, и по субботам бывает.

Надо заниматься детьми. Это непросто, но тем не менее. Вот я сижу утром, завтракаю, слушаю радио: в трехстах метрах от школы 12-летние дети устроили потасовку из-за денег, одному глаз выбили, другому – зубы. А виноватой оказалась директор школы. Видимо, плохо воспитывает. А все произошло за пределами школы. И я спрашиваю: а где же родители? Я всегда студийцам своим говорю: будьте поближе к своим детям. Да, надо зарабатывать деньги, кормиться надо, но дети – это главное. У меня сын, очень занятой человек, работает в очень серьезной фирме, но субботу и воскресенье он с детьми. Все бросает и занимается ими.

Шукшин, Таллин и творческая свобода

В нашем театре 29 и 30 октября премьера – «Праздник был!» по Шукшину. Там занята молодежь, я его уже видел в учебном порядке – в колледже культуры и искусства. Последний набор актерского курса Николая Горохова и Владимира Кузнецова его представлял. Спектакль хороший! Это настоящий Шукшин! Я видел спектакль под названием «Рассказы Шукшина» у Миронова в Театре наций – это небо и земля. У нас лучше, гораздо лучше!

С Шукшиным, кстати, я был хорошо знаком. Снимался у него «Калине красной», полтора года общались. Мы были утверждены в «Степана Разина», 2 октября 1974 года должны были поехать на натуру, а в ночь с 1-го на 2-е он скончался. Мы же фактически земляки! Он мне говорил все время: «Землячок, из Москвы не уезжай».

6На съемках фильма «Калина красная»: Василий Шукшин, Владимир Лаптев, Анатолий Горбенко и Вадим Кондратьев

Когда он умер, я год еще побыл в Москве. Было очень трудно – с пропиской, с жильем. В советское время все было регламентировано. И меня мой товарищ, закончивший годом раньше курс Андрея Александровича Гончарова, главного режиссера московского Театра Маяковского, позвал в Таллин. Приезжай, говорит, наберешь студию при театре, будешь ставить, играть. Что я и сделал. Думал на полтора-два года, а оказалось почти 20 сезонов. Но это было очень хорошее время, потому что в Таллине тогда можно было ставить все. Там приходила из управления культуры какая-нибудь дама и говорила: «Идеологически все выдержанно!». Вот и все замечания!

В Москве, в Театре Маяковского, где я 5 лет проработал с Гончаровым, правой рукой его был, например, «Беседы с Сократом» 4 раза принимали. Помогло то, что общественность уже взволновалась: Би-Би-Си там заговорило или «Голос Америки» о спектакле. И вынуждены были пустить. Тогда, если помните, с Сахаровым история началась и, чтобы меньше было разговоров, все-таки пустили.

У нас там был спектакль «Человек на своем месте», потом был фильм выпущен с Меньшовым. Так мы его 12 раз сдавали. Про колхоз. «А почему у вас председатель колхоза курит в дверях?» А почему он не может курить? Вот такие вот глупые вещи! В основном в управлениях культуры работали несостоявшиеся артисты, красивые, здоровые. Видимо, они и давили на нас из зависти там или чего-то другого еще. Ну, жизнь была такая! Приспосабливались!  Всегда носили кукиш в кармане.

«Молодая гвардия» и медаль

С «Молодой гвардией» (6+), которую ставили к 70-летию Великой Победы, наш театр объездил всю Россию – от Кронштадта до Владивостока. Побывали в горячих точках: Луганск, Донецк, Сирия. Это было очень опасно! Мы были первым гражданским театром, который там побывал. И всем участникам спектакля, включая обслуживающий персонал, военное ведомство вручило медали «Участнику военных действий в Сирии». Это просто удивительно! Мы даже не думали, что так будет. Все получили: и костюмеры, и гримеры, и машинисты сцены, ну и, конечно, артисты. Потому что спектакль хороший, человечный. И эти поездки действительно опасны для жизни и для здоровья тоже. Потому что условия не идеальны.

Когда мы играли в Луганске и Донецке, то в первом ряду и за кулисами с автоматами сидели, нас охраняли. Или играли под Донецком – из зала зрители не уходили, чтобы второй раз посмотреть. Полковники плакали…

Планы на будущее

И у меня сейчас два режиссерских проекта, которые я пока не назову. Один уже начал, второй в планах. Если все хорошо будет, в феврале выпущу в театре большой проект и для Малого зала где-нибудь в конце сезона маленький проект на четверых. Авторы — просто бомба! Но не наши – западные! Российских я тоже люблю, но наших в театре и так много.

Когда я не смогу работать актером и режиссером, буду преподавать дальше. У меня ведь первая запись в трудовой – учитель, преподавал алгебру. До театрального я закончил педучилище с математическим уклоном.

А слух хороший почему? Я на скрипке играл. Там обязательный был музыкальный инструмент, а по нему и госэкзамен. Я сдавал по нотам, помню, Фесечко – фамилия составителя этого сборника. Попросили сыграть что-нибудь, и я листал, искал, где поменьше бемолей и диезов. Выбрал «Сулико» — комиссия вся лежала, но четыре за госэкзамен поставили. До училища ни на чем не играл. А там было много скрипок. Пианино было мало, баянов мало, а скрипок было много. Мне и сказали: «На скрипке будете играть». И я 4 года занимался. Гамму сейчас смогу сыграть, но больше ничего не помню. И алгебру, которую преподавал, тоже не помню.

Владимир Лаптев в юности

У меня и режиссерские факультеты были, и актерские – я доцент ГИТИСа. С 1969 года преподаю, 17-18 наборов уже было, каждый по 3-4 года. У меня есть опыт театральных студий в Таллине, когда я работал там в Русском театре. Я вообще много преподаю, у меня много учеников. В Нью-Йорке есть, в Лондоне, в Австралии, во Франции. Уж я не говорю про всю Россию.

Все это очень серьезно! Многие думают: я артист и буду преподавать. Но не каждому дано. Надо владеть методикой и психологией – это же  определенное воздействие на людей. Ведь, как правило, все же приходят: я пуп земли, гений. Нет, не гений! Они обычные люди! И надо просто на землю ставить: смотреть и видеть, слышать и слушать. На площадке надо заставлять это делать.

О генах и судьбе

Я работаю очень много, слава богу. В этом сезоне я даже попросил меня как можно меньше занимать в новых постановках, потому что у меня в театре 14 спектаклей. Я думаю, что это гены. У меня мама уснула в 92 года, умерла таким образом – на Пасху. Простой человек, один класс образования. Троих одна поднимала. Я родился около зон в Усть-Абакане, 18 км от города Абакана, юг Енисея. И почти во всех семьях мамы были без пап и у всех по три пацана. Судьбы разные! Но то, что я задумал для себя в пять лет, я сделал.

Владимиру Лаптеву 6 лет

Вокруг поселка зоны политические располагались, и нас туда пускали в клуб. Сидишь в фуфайке возле первого ряда на полу, на стене простынь натянута… А в конце 40-х – начале 50-х фильмов снимали мало, и очень много показывали фильмов-спектаклей: Большого театра, Малого театра, МХАТа, Ленинградского театра Пушкина. И вот я мальчишкой смотрел и думал: вот туда мне надо! И я карабкался так, что держись. Дважды меня под зад пинали с актерского. И правильно делали! И я поступил на режиссерский, чтобы стать артистом.

Я счастлив, что я здесь. Русский драматический театр из Таллина во Владимире  бывал на гастролях. Я ходил по городу и говорил себе: жить бы здесь. В «Блинчики» ходили кушать. В «Заре» жили. Но я не знал, что перееду сюда. Сижу в гримерке на том же стуле, на котором сидел как артист в 1989 году. В этой же гримерке, на этом же стуле!

Я верю, что судьба как женщина. Перестаешь спорить – она уступает.

 

Записала Татьяна Лысова

Фото и видео из личного архива Владимира Лаптева

 
https://www.prizyv.ru/2019/10/vladimir-laptev-o-golose-solenom-detstve-shukshine-i-medali-za-siriyu/

 

 

 


Фотографы

На сайте представлены фотографии Владимира Федина, Петра Соколова, Вадима Пакулина, Александра Уткина, Светланы Игнатовой, Анастасии Денисовой и Анны Колесовой, Татьяны Шалухиной, Оксаны Соловьёвой, Елены Птагиной и Екатерины Строговой

Купить билеты
Щёлкните, чтобы прослушать. Работает благодаря GSpeech